Еще вчера эти люди получали сотни тысяч долларов в год, колесили по всему миру за счет своих организаций и учили беднейшие страны мира «богатому» мышлению. Разгромная публикация об уволенных работниках USAID вышла в The New York Times!
В 2025 году Маск и компания добились закрытия USAID. Уволили кучу федеральных работников, а с ними потеряли работу и работники НКО, сидевшие на федеральных грантах. И вот The New York Times публикует невероятную статью о судьбе уволенных работников. Как обычно для таких случаев, никаких серьезных исследований, репрезентативной выборки и прочей статистики — просто эмоциональные рассказы о персонажах, которые вызвали симпатию у журналистов и редакторов The New York Times.
«Её уволили по имейлу, когда она была в декрете… Она проработала в USAID или связанных с ним организациях более двух десятилетий. Её годовой доход составлял 175 000 долларов.
Это было 28 января 2025 года. Сегодня Эми Уччелло и её муж — который тоже лишился работы, когда иссякло финансирование его некоммерческой организации со стороны USAID, — живут на фудстемпы (бесплатная еда для бедных), получают медицинскую страховку для бедных Medicaid, и выплаты по программе дополнительного питания для женщин и детей [тоже по бедности], помогающей содержать их 19-месячную дочь».
Ущипните себя. Сильно-сильно ущипните себя. Героиня очерка получала $175 000 в год. Еще у нее есть муж, который тоже сколько-то получал. Конгрессмены США (и сенаторы, и члены Палаты Представителей) получают $174 000 в год. Губернаторы в США получают от $70 000 до $225 000, средний – около $150 000. Медианная зарплата в районе «большого Вашингтона» (с окрестностями) — около $68 000. И эта дама, получавшая почти тройную медианную зарплату (плюс зарплата мужа), лишившись работы, меньше чем за год скатилась в получение многочисленных пособий для бедных. Казалось бы, при доходе на уровне конгрессмена, человек мог бы что-то отложить на черный день. Но нет.
Казалось бы, если у нее и ее мужа есть умения, которые нужны кому-то на рынке, то они смогли бы найти какую-то работу. Но нет. Дальше в лес – жирнее партизаны.
«57-летняя Шерил Коуэн зарабатывала 272 000 долларов в год, занимая должность старшего вице-президента в НКО, финансируемой USAID; в конце марта 2025 года она была уволена.
В прошлом месяце она прошла онлайн-собеседование на вакансию с оплатой 19 долларов в час — должность управляющей магазином Penzeys Spices неподалеку от ее дома в городе Фоллс-Черч, штат Вирджиния.
Она получала $272 000 в год. Вице-Президент США получает $235 100 в год. (Зарплата уже много лет заморожена, и ныняшняя – такая). Высшие члены правительства (кабинетного уровня) – Госсекретарь, руководители Пентагона, Департамента Юстиции, Департамента Финансов, председатель Федерального Резерва, и так далее – получают $203 000 в год.
Федеральные апелляционные судьи США получают $264 000 в год.
Федеральные судьи первой инстанции получают $249 000 в год.
Средняя зарплата «полного» профессора Гарварда — $294 000 в год.
Средняя для Associate Professor Гарварда – $176 000 в год.
КТО ЭТИ ЛЮДИ, РАБОТАЮЩИЕ В НКО, финансируемых USAID ?????
Почему она получала больше вице-президента США, Госсекретаря, федерального апелляционного судьи, и профессора Гарварда???
Рынок оценивает ее умения в 19 долларов в час. Почему налогоплательщики платили ей 270 тысяч?
Или вот еще такой контрактор USAID:
«Год спустя её доход в 200 000 долларов, который она получала, работая по контракту через агентство USAID, сменился на 9 000 долларов за преподавание двух курсов по общественному здравоохранению в Университете Таусона в штате Мэриленд.
Сводить концы с концами ей помогали небольшой доход от инвестиций и аннуитет, оставшийся от прежней работы во Всемирном банке. Однако, по её словам, то, что по сути стало внезапным и вынужденным выходом на пенсию, повергло её в растерянность».
Еще один человек, чьи умения рынок оценивает в $9 000 в год, получал от налогоплательщиков почти сколько же, сколько получает Вице-Президент США, конгрессмены, Госсекретарь, и профессора Гарварда.
КТО ЭТИ ЛЮДИ???
Но давайте зайдем с другой стороны. Может, мы несправедливы? Да, это правда, что частные работодатели не оценивают их умения так высоко, как их оценивали друганы из USAID, которые нанимали их по контракту или посылали деньги в их НКО. Но, может быть, у них были какие-то уникальные умения, которые только в НКО и нужны? Но какие умения? Они не были танкистами или астронавтами, чьи умения могут с трудом переводиться в частный сектор. Нет, они были просто гражданскими менеджерами проектов.
И тут вступают в дело журналисты-расследователи. Некий Паркер Тейер нашел таблицу финансовой отчетности НКО нашей второй героини — той, которая получала $272 000 в год. Ее НКО — «Гражданская Сеть по Иностранным Делам» (Citizens Network for Foreign Affairs) — содержалось на деньги USAID.
Вот структура их расходов за 2024 год: (финансовые отчеты НКО — публичная инфа, ее можно загрузить из вебстайта налоговой.
Итак.
- 28.4 млн долларов — зарплаты и бенефиты (для 100 сотрудников)
- 12.46 млн долларов — субподрядчики
- 3.86 млн долларов — поездки
- 5.25 млн долларов — консультанты
- 9.23 млн долларов — прочие расходы
- И лишь 4.48 млн долларов — на собственно гранты целевой аудитории.
To есть, целевым получателям в виде грантов идет 6.3% всего бюджета этого НКО. Остальное проедается на зарплаты себя любимого, друзей-субподрядчиков, консультантов, путешествия, и аренду помещений для жилья и работы.
Но будем справедливы. В графу «субподрядчики» идут не только откаты лично субподрядчикам, но и оплата каких-то вещей, потенциально полезных целевому населению, которые делают субподрядчики. Представим, гипотетически, что абсолютно все деньги, потраченные на субподрядчиков, все 100%, идут прямо на пользу целевому населению. Пусть в нашем волшебном мире сами субподрядчики вообще ни пенни не получают.
Тогда целевому населению пойдет целых 17.7 процента бюджета этого НКО. Остальное прожрали друзья друзей друзя на зарплаты, бенефиты, поездки, жилье, и так далее.
О, и еще красивое.
$9 234 560 – на «другие прямые траты». Это на коррупцию, что ли? Больше девяти миллионов долларов в год на неопределенные «другие траты»? (Кстати, что за странная цифра — 923450?) Куда ушли 9 миллионов долларов в год?
Но и это не всё. Из налогового отчета этой же конторы у нас есть таблица зарплат их высших работников за 2023 год.
Наша героиня, которая, по словам The New York Times, в 2025 году получала $270 000, в 2023 получала $250 000. Да, это похоже на правду. Но что замечательно – наша героиня была наименее оплачиваемым работником среди высшего руководства этого НКО. У них еще был «вице-президент по программам» с зарплатой в $399,770 в год. И руководитель их конторы в Мали с зарплатой в $318,981 в год. И вице-президент по финансам – $340 144 в год. И президент всего их НКО с зарплатой в $991 034 в год. A Президент США, кстати, получает $400 000 в год.
(В таблице есть «директоры», получающие ноль – это не работники НКО, а внешние члены совета директоров; они обычно только появляются на совещаниях несколько раз в году, а работают в других местах.)
Заметьте, не сравнивается зарплата Президента США с зарплатой, скажем, руководителя Майкрософта, венчурного капиталиста, баскетболиста, или оперной дивы Аделины Патти. Потому что зарплаты топ-менеджеров, спортсменов, и оперных див определяет рынок. Люди хотят им платить свои собственные деньги. А зарплата работника НКО, живущего на деньги федерального правительства, не определяется рынком. Она определяется наличием друзей, пилящих бабло. И ничего общего с рынком не имеет.
Откуда мы это знаем? Да оттуда, что эти герои Нью-Йорк Таймс получали от правительства больше, чем оклад Госсекретаря, в то время, как свободный рынок предлагает им 19 долларов в час. Аспиранты-общественнонаучники! Диссертация!
Хотите измерить коррупцию? Вот вам одна из мер. Соберите базу данных уволенных получателей грантов USAID и посмотрите, сколько из них нашли работу в частном секторе, и сколько они сейчас там зарабатывают, через год после увольнения.
