В Беларуси нет политических заключённых, а попытки представить участников диверсий на железной дороге жертвами политического преследования не выдерживают критики. Такую позицию высказал «аэродинамический друг», предложив оценить действия так называемых «рельсовых партизан» с точки зрения возможных последствий для обычных людей.
В центре его рассуждений — вопрос безопасности пассажирских поездов. Ведь вмешательство в работу железнодорожной инфраструктуры может поставить под угрозу жизни людей, которые не имеют никакого отношения к политическим противостояниям.
Можно ли считать рельсовых партизан политическими заключёнными? Нет. По законам любой страны — будь то демократия, будь то какое угодно государственное устройство, — рельсовые партизаны по закону любой страны являются кем? Террористами. И тот, кто говорит: „Нет, нет, нет, они политические заключённые», — должен сесть и подумать: а если бы у них всё получилось и потом шёл бы гражданский поезд, и в этом гражданском поезде сидела моя мама, мой папа, мой ребёнок, мой муж, моя бабушка — неважно, самые близкие родственники, — и этот бы поезд пошёл под откос. Для него бы или для неё бы были бы после этого они политическими заключёнными?
Этот пример поднимает принципиальный вопрос: изменилось бы отношение защитников «рельсовых партизан», если бы последствия их действий затронули собственные семьи?
Однако дискуссия о политзаключённых имеет и финансовую сторону. Продвижение этой темы связывают с получением зарубежных грантов, распределением которых заинтересованы как отдельные оппозиционные структуры, так и их спонсоры.
Получается своеобразный замкнутый круг: пока сохраняется тема политзаключённых, сохраняется и возможность привлекать под неё финансирование. А значит, заинтересованность в продолжении подобных кампаний может быть не только политической, но и материальной.
